Афганистан был полем битвы за глобальное доминирование

  • 17.02.2019

Ещё со времён «перестройки» афганскую военную кампанию привыкли ругать, чтобы заставить каяться. Собственно, за счёт непрерывного раскаяния за всё, что только можно и нельзя, и удалось расшатать, а затем развалить советский блок. И всё же, спустя 30 лет после полного и окончательного вывода советского контингента из Афганистана, становится понятно, что каяться особо и не за что. По большому счёту, тогда мы всё правильно сделали, надо было лишь устранить некоторые ошибки и скорректировать общий идеологический курс.

Начиная с Хрущёва в СССР было принято клеймить геополитику как «буржуазную лженауку» и всячески её демонизировать, приравнивая чуть ли не к фашизму. При Брежневе геополитика просто замалчивалась, как будто её не существовало. В то же время, наши заклятые «западные партнёры» всегда исходили из геополитической логики и продолжают это делать до сих пор. Основания для ввода советских войск в Афганистан тоже были в первую очередь геополитические.

Речь шла о том, какой лагерь – атлантистский или евразийский – установит свой геополитический контроль над Афганистаном. Там накануне произошла так называемая демократическая революция, а сам Афганистан стал именоваться республикой.

Произошедшие изменения можно было трактовать двояко. С одной стороны, американцы считали «демократию» своим идеологическим знаменем. С другой стороны, и СССР не чурался демократических преобразований, если они приходили на место «архаики» и традиции, то есть того, с чем боролся советский модернизм. У нас это называлось «народными демократиями» и подразумевало дальнейшие социалистические преобразования.

Обозначив себя как Республика Афганистан, новое государство на месте архаичного, традиционного, как бы открылось для преобразований. Но каких? За это и должны были побороться две сверхдержавы: евразийская сухопутная и атлантистская морская – на языке геополитики, или социалистическая и капиталистическая – на языке идеологии.

Итак, геополитика. Советское руководство вполне обосновано опасалось прямой интервенции США в Афганистан. Здесь следует напомнить, что американская военная интервенция по тем временам уже была делом вполне обыденным. На момент конца 1970-х они уже вторглись во множество стран.

Из самых крупных интервенций: высадка американской морской пехоты на Гаити, военное вторжение в Японию, Корею, Вьетнам, на Кубу при поддержке американской морской пехоты и авиации, организация вторжения в Гватемалу при участии ЦРУ и ВВС США. И это только при непосредственном участии американских вооружённых сил. А сколько военных вторжений организовали США чужими руками или под прикрытием – не счесть. Поэтому вторжение в растерянный после революции Афганистан американцам было осуществить – раз плюнуть.

К тому же США теряли свой контроль над регионом – взбунтовался и ушел из американской зоны влияния Иран. Необходимо было зацепиться за какой-нибудь плацдарм. Создание у самых советских границ подконтрольного государства с американскими военными базами – это был бы сильный ход. И Афганистан, имеющий центральное положение в регионе, подходил для этой цели идеально. С его территории можно было продолжить экспансию в республики советской Средней Азии (вылазки на территорию которых из Афганистана при американской поддержке происходили регулярно), при этом имея крепкий тыл в Пакистане с выходом в Аравийское море и Индийский океан. Лучше не придумаешь.

Поэтому, не введи СССР свои войска в Афганистан в 1979-м, их бы туда ввели американцы. Что, собственно, они и сделали немногим (в исторических масштабах) позже.

Но и это ещё не всё. По сути, разделив мир на две части, советский и западный блоки имели равное количество геополитических акций, примерно 50 на 50. Каждому из них необходимо было получить хотя бы ещё 1% для того, чтобы иметь «контрольный пакет». Получение преимущества, хотя бы минимального, означало бы прохождение критической точки доминирования. После этого получивший большинство блок обрёл бы не только геополитическое, но и идеологическое преимущество.

Схватка за Афганистан обретала таким образом принципиальное значение.

Если бы у СССР всё получилось, Афганистан бы стал социалистическим, становление советской идеологии в мире стало бы необратимым, а западный идеологический проект начал бы сворачиваться.

Это знали и американцы, которые готовили своё военное вторжение, но не успели. Это сейчас они убеждают себя и весь мир, что якобы так всё и было задумано, и это мы, мол, специально втянули Советский Союз в бесперспективную войну…

На тот момент Ирак, Ливия, Сирия и так уже двигались по пути построения пусть (пока) исламского, но всё же социализма. Социалистические настроения захватили Латинскую Америку, укрепляли влияние в Африке, в Азиатско-Тихоокеанском регионе. За всем происходящим пристально следили из стран «Движения неприсоединения», колеблясь, выбирая сторону, наблюдая за тем, чья возьмёт.

Именно поэтому и СССР, и США поставили на Афганистан очень многое. Программа экономической поддержки ДРА со стороны СССР поражает воображение: многочисленные ГЭС, плотины, ЛЭП, нефтебазы, газопроводы, предприятия, аэропорты, автодороги, мосты, детские сады и больницы, учебные заведения и многое–многое другое. Всё это на голом пространстве сплошного песка и камней. По сути, мы построили в Афганистане всё, что там есть сейчас, доказывая свою эффективность не на словах, а на деле. В то время, как США вкладывались в военную инфраструктуру соседнего Пакистана, где готовили боевиков, в поставки вооружений и информационную антисоветскую кампанию.

Оценивая произошедшее с точки зрения дня сегодняшнего можно уверенно сказать, в чём мы просчитались, из-за чего уступили. Традиционный, во многом архаичный, родоплеменной, исламский Афганистан, конечно же, оказался не готов к восприятию советской, атеистической, материалистической, марксистской модели в том виде, в котором мы её туда принесли. И пока Каддафи, Хусейн и Асад-старший, а также Насер и другие лидеры Востока поэтапно и постепенно адаптировали социализм под специфику своих стран, мы спешно пытались построить советскую республику там, где для этого не было проведено даже подготовительных работ.

Мы спешили и поэтому выглядели нелепо со своим марксизмом и «интернациональной помощью» там, где не только не было класса труда и политически мыслящих пролетариев, но где до сих пор принадлежность к роду и племени играет ключевое значение.

Американцы же закрывали глаза на всё, кроме главного – обеспечить свои геополитические интересы в регионе, не обращая внимание на взгляды и особенности афганского общества. И пока мы клеймили геополитику «лженаукой», опираясь на её законы лишь интуитивно, американцы делали Большую игру, последствия которой мы не можем разгрести по сей день.

Введя войска после многократных (более 20) просьб и обращений со стороны законной афганской власти, мы поступили абсолютно правильно с точки зрения геополитики (которую отрицали). Так же, как абсолютно правильно мы действуем сегодня в Сирии, теперь уже открыто следуя геополитической логике. Тогда мы проиграли, запутавшись в чужеродной для нас идеологии модерна, частью которой является марксизм. Сегодня нам важно сохранить смысловую четкость наших действий, противопоставить их идее глобализма свою евразийскую альтернативу. Никому не навязывая при этом своих взглядов, сохраняя традицию и веру тех народов, которые обращаются к нам за помощью. Это и будет нашей главной работой над ошибками той афганской кампании.

Источник: vz.ru

Leave a comment